Что мы знаем о побочных реакциях?
А вот пример вероятного следственной-причинной связи: у мужчины 70 лет на фоне фармакотерапии участились нападения загруднинного боли. В анамнезе больного — ишемическая болезнь сердца. В течение последующих семи дней пациент принимал коринфар. Далее — пример сомнительного связи: пациентке 57 лет в комплексной терапии острого панкреатита был назначен контрикал. Это было в марте. А в апреле ее госпитализировали с острым нарушением сердечного ритма.
Должен сказать и о случаях отсутствия причинной связи — это когда отсутствует часовой связь с приемом препарата. Был такой случай: пациент 1948 в ходе комплексной терапии венозной недостаточности принимал препарат триампур. Через шесть месяцев после завершения лечения тем препаратом у него диагностировали острый гастрит. Причинно-следственная связь здесь отсутствует.
- И в заключение нашей беседы, Алексей Павлович, что бы Вы, как один из основателей украинской рациональной фармакотерапии, посоветовали нашему лекарственному общественности?
- Учитывать требования, вызовы времени, усилить внимание к якнайрациональнишого применения арсенала лекарственных средств. У нас в Украине уже зарегистрированы тысячи случаев побочных реакций лекарств преимущественно с доказанным причинно-следственной связи. Среди них и препараты высокоактивные, но и потенциально опасные по ожидаемой серьезной побочным действием. А еще учтем, что и в будущем не будет идеальных лекарств. В борьбе за высокое качество и безопасность препаратов у нас уже накоплен определенный опыт. Но не будем забывать, что это дело не только службы фармаконагляду, но и широкого врачебного общественности. Добавлю, что безвредность лекарств во многом зависит от профессионального подхода к этому важному делу.
Теги: безопасность, беременность, болезнь